Босиком в России

Босиком в России / Новости /

BARFUSS-PARK: новая рубрики от корреспондента портала в Германии!

Этим материалом мы начинаем серию публикаций от собственного корреспондента во Франкфурте (Германия), Владимира Залесского, которая далее будет называться BARFUSS-PARK. Он живёт в Германии с 1998 года, и своими глазами наблюдает немецкую босоногую жизнь. Итак, репортаж «первых рук» - о прошлогоднем театральном фестивале во Франкфурте!

Зрители фестиваля - сидят в шатре на коврах, всё очень демократично. Фото Вл. Залесского. Женщина, которая гуляла босиком при 15 градусах - для Германии это довольно прохладно... Фото Вл. Залесского. Реми Хаттаб, выступал босиком. Фото Вл. Залесского. От надоевшей обуви зрители избавлялись хотя бы на время! Одна из театральных постановок. Группа Зильке Хенш. Фото Вл. Залесского.


НЕЛЕ-МАРИ, ПАСТОРСКАЯ ДОЧЬ…


Во Франкфурте на берегу Майна, на территории бывшей Везельской верфи, проходил с 17 июля по 2 августа 2015 года традиционный летний фестиваль театрального искусства Sommerwerft. Бесплатно или за символическую плату одно евро можно было посмотреть спектакль или фильм, послушать певца или поэта, поучиться современным танцам. Среди певцов программу открывал выступавший босиком гитарист и автор песен Рами Хаттаб. Сцена, где выступали певцы, находилась внутри большого шатра - Beduinenzelt, вместо сидений в этом импровизированном зале прямо на булыжной мостовой были расстелены ковры.

На одном из фото, кстати, мной был запечатлён эпизод сбора денег на нужды фестиваля. Одна из девушек, обходивших с этой целью зрительный зал, делала это босая. Снять её передвижения по залу во время представления не мог, потому что сидел на земле и был плотно сжат соседями. Думал, что она от меня не уйдёт. А она в тот момент, когда я её догнал, уже была в обуви, очевидно готовясь идти домой. Поэтому я и не публикую снимок - но поверьте на слово!


27 июля, когда я общался с  Неле Нойезюсс, о которой я расскажу чуть позже, было около 19 градусов тепла. Потом я ещё два дня приходил, не заходя на представления, а только чтобы ловить босых на улице (не помню, какие именно это были дни). В первый из них было ощутимо холодно, может быть даже 15 градусов. Но одну босую поймал, она сначала сидела в кафе, там снимать было невозможно, а потом ходила вдоль Майна туда-сюда с мобильным телефоном, не обращая ни на что внимания, в том числе на мою вспышку (а я всё снимал, естественно, со вспышкой). В другой из этих дней снова было тепло, босые попадались, но в темноте трудно было нацелить фотоаппарат, в результате чего получилось много напрасных снимков, которые я, конечно, удалил.


Были босоногие зрители, которые заранее заняли места перед эстрадой, на которой ожидалось представление; конечно, я их фотографировал. Но... один из снимков чуть не закончился плачевно для меня. Мужчина, нижнюю половину которого вы видите, решил, что я снимаю именно его, гнался за мной, хотел вызвать полицию. Я убегал от него, на ходу оправдываясь, что вовсе не его имел в виду, что я просто учусь пользоваться вспышкой.

Выступление тех же артистов. Фото Вл. Залесского. Неле - позирует. Фото Вл. Залесского. Неле стоит в очереди в дамский писсуар... Фото Вл. Залесского. На берегу майна. Фото Вл. Залесского. На станции метро "Зоопарк". Фото Вл. Залесского.


…Итак, Неле-Мари Нойезюс, с которой я познакомился на театральном фестивале Sommerwerft, такая же пасторская дочь, как и Ангела Меркель. Третий ребёнок в семье, но не самый послушный. Задумывалась о том, чтобы уйти от родительской опеки в интернат, полгода жила в Канаде по программе обмена молодёжи. Месяц назад, закончив десять классов, она переехала из своего родного села, название которого никому ничего не говорит, во Франкфурт поступать в Fachoberschule (аналог техникума - пр. В.З.) по специальности "Текстильное производство", хотя увлекалась больше керамикой, лишь бы уехать подальше от дома.


Сначала жила у подруги, теперь снимает квартиру. Добившись желанной самостоятельности, она распорядилась ею сегодня вот таким образом: отправилась в коротких шортиках и босиком на ночь глядя не в самую лучшую погоду (19 градусов с резкими переменами от полного затишья до холодного нагоняющего тучи ветра, а днём вовсе хлестали ливни) на танцевальное представление, не взяв с собой никакой обуви, не говоря уже о зонтике и курточке. Поэтому и в туалет пришлось идти босиком.


Босые люди в зале, кроме неё, ещё были, а артисты - так даже все без исключения, таков уж жанр современного танца, но при выходе из зала люди торопились надеть обувь, а ей обувать было нечего. В её маленьком пакете - лишь толстая тетрадь, с которой она никогда не расстаётся. В неё она записывает понравившиеся мысли, делает зарисовки с натуры. Правда, рисунки она мне так и не показала - секрет! Неле, идя на фестиваль, несколько чересчур накрасилась, может быть даже по неопытности, потому что вообще она предпочитает обходиться без косметики. И без обуви... Зубная пластинка выдаёт её юный возраст, даже если не знать, что ученице одиннадцатого класса должно быть примерно 17 лет.


Слово "естественность" произнёс я сам, когда разговорился с ней, но она не возражала против такой формулировки её идеала во внешности и в поведении. Сначала, нисколько не ломаясь и не протестуя против нацеленного фотоаппарата, разрешила совершенно незнакомому человеку снять себя на фоне Майна, лишь поблагодарив за то, что спросил разрешения (хотя, честно признаться, я и до этого наблюдал за ней и тайно сделал несколько снимков). После, когда закончился перерыв и мой стул оказался занятым другим человеком, освободила место рядом с собой у самой сцены на булыжной мостовой, которая считалась полом в шатре, где шло представление.


Потом я окликнул её, когда мы шли с ней по одним и тем же улицам до остановки "Зоопарк" (злой тётки-постовой, которая не пускает босых в метро, во Франкфурте, как известно, нет), спросил, как понравился вечер, и она доверчиво рассказала мне обо всём и ответила на все мои вопросы, в том числе и по поводу её босых ног. Только на вопрос, не страшно ли ей одной возвращаться домой, пусть по хорошо освещённым, но всё же пустынным в этот час улицам (представление закончилось около полуночи), ведь всякие нехорошие мужчины могут пристать к ней, она ничего не ответила, просто начала говорить о чём-то другом. Кажется, эта девушка просто не замечает, что в жизни бывает зло...

И уже в вагоне метро - конечно же, босиком! Фото Вл. Залесского. Тот самый мужчина, который помешал нашему собкору сделать снимок. Вот как опасно фотографировать в германии - без разрешения... Обратная сторона "политкорректности". На этом снимке Барбара Буяковска - "восстаёт из гроба"... Фото Вл. Залесского. Так же - Барбара Буяковски, следующая фаза "превращения". Фото Вл. Залесского. И снова пластичные танцоры Зильке Хенш! Фото Вл. Залесского.


Сейчас важна только одна деталь: я ведь снимал Неле на улице и в метро разряженным фотоаппаратом! Сцену он уже не брал: нажмёшь кнопку - он показывает "низкая батарея" и отключается. Без всякой надежды вывел девушку на свет, как меня учили, и - о чудо! - фотоаппарат снова заработал и дал возможность сделать несколько бесценных снимков! Дома, конечно, убедился, что он полностью разряжен. Вот такова великая сила любви...

И СНОВА О ФЕСТИВАЛЕ!

В программе фестиваля были и современные танцевальные спектакли в духе основательницы этого направления в Германии неизменно босоногой Пины Бауш. Конечно, они меня особенно интересовали, и хорошо, что для этого жанра дважды на протяжении фестиваля, по понедельникам был выделен целый вечер. Так и стояло в программе: „Night of Dance“ – «Танцевальная ночь». 20 июля я из-за работы попал только на последнее представление, в котором один из двух танцоров-мужчин мастерски представлял женщину.

Я искренне аплодировал, но был разочарован, что не выполнил задания. К тому же я опоздал, стула мне не хватило (хотя в этом шатре, как и у певцов, тоже не было никакого пола, но зрители сидели всё-таки на обычных стульях), так что пришлось примоститься, где получится, а получилось у ножек хорошенькой кудрявой блондинки в очках  – конечно, находясь в этом положении, ничего другого снять я просто не мог, и это единственный снимок по теме в данный вечер. А вот 27 июля я смог посмотреть всю программу от её начала в 19 часов до завершения в 23 часа, пережить три часа стопроцентного наслаждения и наделать массу снимков, из которых здесь не приведена и десятая часть.

Первой вышла на сцену танцовщица и хореограф Мати Элиас, израильтянка, создавшая и сыгравшая моно-спектакль на еврейскую тему «Где это?», который был как-то особенно тепло принят зрителями. Немцев успешно перевоспитали за последние 70 лет... Как сообщается в программке, «в своём сольном представлении Мати Элиас соединяет современный танец с венгерскими ритмами, цыганскую песню с грустной еврейской мелодией. Танцовщица начинает с ритма, отражающего полноту жизненных сил, но мысль о смерти как бы переносит её в другую реальность, где её одолевают грустные воспоминания».

Во время выступления Мати на скрипке играла немка, её постоянная партнёрша. Перенеся, как видно, травму колена, последняя не постеснялась выйти на сцену вот так – босиком и с перевязкой. Молодец! Следующим было выступление испанки Камилы Хернандес Кортес, в котором меня восхитило мастерство пантомимы. Минимумом средств, с помощью одного только платка Камила представила целую жизнь женщины: любовь, беременность, материнство...

Гедиминас Юргелевичюс
- симпатичный молодой танцор из Литвы, мог бы отлично сыграть что-нибудь романтическое, а сам представил нечто жуткое: какие-то шары вытаскивал из себя, пользуясь ножом, так что казалось даже, что он их вытаскивает из тела, потому что в начале спектакля невозможно было понять, находятся ли эти шары под одеждой или под кожей; ножи по сцене раскидывал и совершал сальто-мортале, заставляя зрителей, затаив дыхание, следить за тем, куда артист бросит своё тело.

А вот просто вышедшие погулять зрительницы. Они даже не поняли, почему наш корреспондент их фотографирует... Фото Вл. Залесского. Решение великолепное: никаких стульев. А сидение на коврах само собой располагает к босоножеству... Фото Вл. Залесского.


И Камила, и Гедиминас – актёры театра «Антагон», точнее участники относящейся к театру студии „Das antagon bodyLab“ – «Лаборатории тела». «Междисциплинарная лаборатория для развития указывающей путь в будущее культурной работы» - так претенциозно формулирует студия свои цели и задач. Указывать путь в будущее, ни много ни мало...

Ну что ж, искренне хотелось бы, чтобы будущее искусства было по крайней мере таким же босоногим, как выступления артистов «Антагона», самым значительным из которых был завершивший вечер танцевальный спектакль «Оксум», поставленный молодой финской танцовщицей, родившейся в Советском Союзе и прожившей до десяти лет в Эстонии, Анной Орколяйнен в сотрудничестве с немками Симоной Ведель и Марией Бурхард. Сама Анна играла главную роль - богини воды Оксум.

В числе использованных в спектакле многочисленных музыкальных инструментов были обычные пластиковые мешки для мусора, в один из них была завёрнута и Анна, - полная иллюзия плеска волн. По ходу действия Анна была облита несколькими вёдрами воды, я видел её после выступления: она стояла между двумя коллегами со слипшимися мокрыми волосами - это выглядело очень эротично, поверьте! - и с победной улыбкой на лице.

Но до этого зрителей порадовал своим искусством коллектив ещё одной творческой лаборатории kubela.e.V. Kunst- und Bewegungslabor Frankfurt («Лаборатория искусства и движения»). Название их номера, поставленного Зилькой Хэнш "Den Augenblick komponieren" переводится как «Сочинять момент», причём сочинять имеется в виду в том смысле, как композитор сочиняет музыку. Контактный танец, составляющий сущность номера, представляет собой что-то типа сложной импровизации, это модное направление, которое было, кстати, представлено и босоногими Новосибирска на Дне города в июне 2015 г. Цитирую программку фестиваля: «До представления актёры встречались на сцене лишь один раз. На этой основе возникают картины и истории... и снова исчезают. Случайно? Как знать? Искусство импровизации исходит из обострённого восприятия и чёткого осознания соответствующей ситуации... Интуитивное действие и интуитивная реакция на чужое действие, ограниченные рамками данного конкретного момента. Эксперимент, сочетающий опыт танцевальных и театральных импровизаторов...».

Но больше всех мне понравилась своей какой-то особой пластикой польская танцовщица Барбара Буяковска. Есть хорошие актёры, есть плохие актёры. На фестивале, конечно, были только хорошие. А эта вообще как бы не играет. Она просто живёт на сцене. Она может просто пить чай целый час, и всё равно зрителю не надоест на неё смотреть. Название номера - "Swan ... like II: Dying Swan" (Solo) В общем, "Умирающий лебедь", хотя из Сен-Санса, кажется, не взято ни одной ноты.

В начале номера артистка встаёт из воображаемого гроба и ложится в него в конце. Босиком, в романтических белых одеждах. А между этими эпизодами – переодевается в забавный домашний костюмчик, обувает банальные кроссовки. Прежняя плавность исчезает, ей на смену приходят отрывистые движения заведённой куклы, у которой изо рта время от времени вырываются слова из каких-то шлягеров.

Кстати, переодевается и обувается-разувается Барбара прямо на сцене, как и тот оставшийся мне неизвестным (так как его не было в программке) актёр, игравший за неделю до этого женщину. Это переодевание на глазах у зрителей типично для современного танца... Посмотрев все три части спектакля Буяковской, трудно удержаться от комментария: босиком рождается человек и умирает, а всё остальное временное... На самом деле, конечно, основная мысль спектакля другая: «Размышление об образе женщины. Что означает «быть женщиной». В этом предложении содержится и вопрос: что означает быть красивой, быть совершенной в каждом аспекте бытия. Совершенство! Размышление, продолжающееся по ту сторону жизни и смерти».

И последнее соло – Карен Реми, "Если бы мы были деревьями". Даже мне, зрителю, иногда было очень трудно различить фигурку танцовщицы, тем более разглядеть её босые ножки. Но такова особенность спектакля, этого эффекта его создатели, собственно, и добивались: нужно было, чтобы была видна не человеческая фигура, а нечто из растительного царства. «Круговорот превращений осуществляется по направлению от тишины остановки к жизни, проходит через смерть и возвращается к тишине и присущему ей внутреннему потенциалу. Одна из самых очаровательных форм танца – переход от неподвижности к движению, когда предмет так отделяется от своей неподвижности, что мы можем предугадать его подвижность...». Смысл этой заковыристой фразы, наверное, в том, что актриса играет дерево, неживой предмет, так, что нам кажется: не только это дерево, но и все деревья живые...


Подготовлено редакционной службой портала «Босиком в России» и специальным корреспондентом портала во Франкфурте, Владимиром Залесским.


Все права защищены. Копирование текстовых материалов и перепечатка возможно только со ссылкой на rbfeet.com. Копирование фотоматериалов, принадлежащих Студии RussianBareFeet, возможно только с официального разрешения администрации портала. Если вы являетесь правообладателем какого-либо материала, размещенного на данном портале, и не желаете его распространения, мы удалим его. Срок рассмотрения вашего обращения – 3 (трое) суток с момента получения, срок технического удаления – 15 (пятнадцать) суток. Рассматриваются только обращения по электронной почте на e-mail: mordella@ngs.ru. Мы соблюдаем нормы этики, положения Федерального закона от 13.03.2006 г. № 38-ФЗ «О рекламе», Федерального закона от 27.07.2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных».