Босиком в России

Босиком в России / Новости /

PURE DIRT. Линда Марачелли, специальное интервью. Беседа четвертая: о фотобизнесе, Париже и работе.

Мы заканчиваем публикацию интервью Линды Марачелли, одной из BF-моделей сайта Арно Феррана. Мы надеемся на продолжение с этой очаровательной француженкой, однако не гарантируем его; что ж, в заключительном выпуске вы узнаете, как работали эти девушки и женщины и почему они это делали…

Окончание откровенного интервью модели сайта Арно Феррана, Линды Марачелли. Начало в предыдущих выпусках новостей. Теперь мы знаем, что Линда вовсе не юрист, и что на момент съемок ей было всего 24 года. Грязные пятки - "новое слово" Арно Феррана. На вокзале, у пригородных поездов. В подъезды домов Линда попадала с помощью фотографов, знавших коды...

БЕСЕДА ЧЕТВЕРТАЯ. О ФОТОБИЗНЕСЕ, О ПАРИЖЕ И РАБОТЕ

Линда зарабатывала у Феррана на обучение, терпела грубости от прохожих, и хулиганила с другой моделью, Лори.


- Линда, не дает покоя этот вопрос: почему, кстати, в некоторых подписях под галереями на сайте postmodernwoman.com подписано, что вы – юрист? Ведь вы не имели отношения к юриспруденции… я так вас и представил в первый раз на своем сайте, за год до нашего виртуального знакомства.


- О, это реклама! Тут все шиворот-навыворот (partir de la fin vers le debut – букв. «из конца в начало», пр. авт.). Это придумал Арно, так как во Франции юристы – священная каста, они ведут строгую жизнь и считаются столпами общества. То, что молодой юрист, женщина, работающая в этой закрытой корпорации, гуляет босой по Парижу и демонстрирует свои грязные пятки, должно было прибавить популярности моему образу.


- Еще один вопрос, связанный с просмотром сайта: я поразился в свое время, почему так много элементарного брака? Закрытые глаза – вы моргнули, и фотограф не сделал дубль; на некоторых снимках у вас «обрезана» голова, очень много нечетких снимков и банальных повторов?

Лори - еще одна бесшабашная модель сайта Арно. Лори любила чудачить и хулиганить... Лори первая стала показывать грязные подошвы прямо в объектив. Босиком, под холодным осенним дождем. В теплой куртке! На вид Лори была совершенной нимфеткой - этим объхясняется ее популярность на сайте.


- Я могу повторить, что это лишь бизнес. Арно придумал идею, отдал ее воплощение в чужие руки и получал бонусы. Снимал не он сам, снимали нанятые люди. Обычно, это были люди из числа очень мелких газетных фоторепортёров или ученики фотографов, стажёры из рекламного бизнеса. Тем более вероятно, не очень тщательно редактировался материал. Он сам в те времена довольно плохо разбирался в компьютере и предпочитал нанимать молодых людей, которые за него делали рассылку или работали с его почтой. Я сама несколько раз была удивлена такой небрежностью в размещении фото, но мне сказали, чтобы я не лезла не свое дело…


Наш фотосет обычный – это быстро-быстро и еще быстрее. По-французски, на жаргоне, это chop-chop. Никаких кафе, даже никакой чашки кофе, только термос с собой, как максимум. Если фотограф не курит, ты тоже не можешь выкурить сигарету, впрочем, иногда сам фотограф дымил, но не разрешал мне. Из-за влияния тех проблем, о которых я вам говорила, мы не заходили в бутики, только я стояла перед витринами, мы не посещали бистро и другие места, где есть публика, не являющаяся туристами, чтобы не было проблем.


- А как же съемки на лестницах в домах? Они есть у вас, у некоторых других моделей, например, Лори.


- Лори была девушкой, которой ее друг оплачивал роскошную квартиру на рю Монж напротив Ботанического сада. В этой квартире было снято несколько частных фотосетов, о которых я не могу говорить, но вы можете догадаться…


- Но во Франции ведь подъезды сторожат консьержи…

Лори. Босиком по Парижу! Линда. Босиком по Парижу. Линда. Босиком по Парижу.30.jpg Линда. Босиком по Парижу. Съемки в торговых заведениях - только в вестибюле, не дальше входа!


- О, нет! Консьерж – это очень дорогое удовольствие. Домовладелец вынужден платить очень большие выплаты социального страхования на каждого пенсине6ра, а молодежь не идет на эту работу из-за низкой ставки.  Консьержи почти исчезли в Париже уже в то время, как я там появилось, это сейчас редкость. Домовладельцы ставят камеры наблюдения и нанимают фирмы, которые обслуживают по 20-30 домов, это дешевле, также электронные замки с кодом. От некоторых подъездов фотографы знали автоматические наборные коды, и мы входили туда. Есть мои снимки на лестнице, но я видела этот дом в первый раз в жизни!


- Но откуда у фотографов коды подъездов?!


- Это интересная сторона рекламного бизнеса. Очень многие фотографы у нас днем работают, например, на съемках официальных мероприятий а ночью, например, снимают секс-оргию, на частной квартире или различные моменты сексуальных развлечений для частного видео. Это распространенная практика. Это только работа для фотографов, им не важны вопросы морали, они не делают различий. С нами работало несколько таких фотографов, и я знаю, что они имели неплохой заработок от Барбары, которая занималась частными фотосетами по заказам. Если быть пуританином, в фотобизнесе тебе нечего делать.


- Хорошо, а если происходит ситуация, о которой вы говорили: вы проникли, допустим, в какое-то место и случайно сфотографировали посторонних людей, которые не желают быть запечатленными? Что происходит в этот момент? Фотограф показывает какие-то бумаги или объясняется с полицией?


- Ни в коем случае. Официальная инструкция в таком случае такова: фотограф самоустраняется от разбирательства, за все отвечает только модель. Главная задача фотографа, это сберечь камеру и полученные кадры, так они являются товаром. Он говорит: о-ля-ля, я тут не при чем, я просто гулял и уходит, очень быстро. Он может доложить шефу о том, что у модели проблемы и тогда начинается уже работа шефа.

Париж, плюс 12. Это - мороз! По-французски, конечно... Линде разрешили надеть леггинсы, чтобы хоть как-то утеплиться... Находим старый сломанный стул... Одеваем под плащ кофточку... Холодно! Но грязные подошвы - forever!


Нет, никого из моделей не забирали в полицию за то, что они фотографировались, даже Барбару, которая снималась обнаженной на фоне Дворца Правосудия в рамках собственной акции. Но такие случаи бывают, я знаю из газет.


- Если можно, расскажите сейчас о Лори, если вы о ней упомянули. Я немного не понял: вы сказали, что модели Феррана не были знакомы между собой и почти не общались, но вы часто упоминаете Лори в своих ответах, и Барбару.


- Да, я не скрываю, что я нарушала неофициальное правило. Я просто говорила, что у нас не было встреч-корпоративов. Все переговоры по телефону, я только один раз пришла в офис этой студии, созданной Арно, на рю Гинемер. Кстати, там было ужасно: все курили, повсюду окурки и смятые стаканчики из-под кофе, банановая кожура. Очень жарко! Тут же фотографировались два гея, для своего заказа… Это было неуютное место!


Барбара мне нравилась не как женщина, а как человек, она очень прямая и открытая, всегда говорит правду. Она достаточно резкая и в словах, и своих поступках. Ее отец был известный во Франции левак, деятель L'Organisation Politique, он дружил с Алленом Бадью (известный французский философ, идеолог левацко-маоистской организации “OP” – пр. авт.). Кроме того, она могла откровенно говорить о сексе, а это было мне интересно, так как я начала изучать его психологию…


- А Лори более молодая. Верно? Или Ферран тоже завысил ей возраст, как и вам?

И по такому мусору приходилось ходить. Требование фотографа. Самым ценным в подвале - "офисе" был бетонные пол, четко оставляющий ровный налет пыли... Съемка в "офисе". Линда не находит в своих ступнях ничего примечательного... Колечко, подаренное подругой Наин.


- О да, это тоже традиционный прием: делать моделей более старыми по возрасту, чтобы показать, что их действия сознательны и что они ходят босиком нарочно, это нравится публике… Но Лори изменили возраст очень немного, ей был 21 год, а не 19. И она действительно училась в музыкальном колледже в Провансе, приехала в Париж на каникулы. Потом она по своим причинам бросила колледж, осталась в Париже. Мы познакомились с ней на почве музыки, на вечеринке наших знакомых и узнали, что обе снимаемся для Арно. Это было поразительное совпадение.


- Лори  выглядит несколько взбалмошной. И упоминает, что жила в каком-то доме, якобы захваченном молодежью, которая не платит за жилье. Правда, почему-то в Марселе…


- Вероятно, в Марселе она также жила в таком доме. В Париже она не могла найти жилье, это очень дорого, и ей не хватало даже на социальный дом. Тогда она нашла один дом в Верней, на улице Бэзанкур. Это не центр Парижа, но там есть такие дома, которые являются спорными межу муниципалитетом и владельцами. В таких домах можно несколько лет жить без оплаты жилья, только немного отдавая за коммунальные услуги посреднику (имеется в виду захват домовладения, сквоттинг, популярный на Западе – пр. авт.). Там очень грязно и не удобно, много живет иммигрантов и тех, кто не хочет иметь дела с полицией… но Лори была отчаянной, ей нравилось это. Она действительно была очень смелой девушкой, могла постоять за себя. Она носила бритву и баллончик всегда в своей сумочке.


- И вы, как написали, совершали с ней «лёгкие безумства»…


- Да, я сама тогда была manger l’herbe de pigeon («поесть голубиной травы», им. в виду растение вербена, аналог русск. «белены объелась» - пр. авт.), поэтому легко шла на риск. С другими документами я перестала бояться полиции. Мы делали то, что могло очень не нравится публике, но старались сделать это так, чтобы не иметь имущественных претензий… например, есть такие bus rouge («красный автобус», автобус красного цвета с открытой площадкой наверху, которые традиционно возит туристов по маршруту в Париже – пр. авт.). Мы забирались туда, брали с собой спиртное и начинали танцевать, очень дикие пляски. Босиком ты делаешь большой грохот по крыше, стуча пятками… Автобус останавливается, водитель начинает ругаться, но потом, как только автобус тронется, мы делаем это снова и уже потом можно убегать! Один раз мы много топали по крыше, и водитель разозлился, и решил не останавливаться. Он начал вести автобус неосторожно, резко поворачивая, мы едва не свалились. И вдруг он останавливается, посреди улицы, а из него выбегают японские туристы и бегут прочь, все! Они перепугались и убежали, вот, а мы хохотали, как бешеные…

Девочка, дочка туриста из Скандинавии. Сравните это фото и следующее. здесь - обработка в PhotoShop... ...а большинство фото на сайте Феррана не обработаны в принципе! Такой размытый брак вряд ли бы мы стали публиковать. Но Феррану было все равно. Это бизнес! Чужой мотороллер...


- Неужели за это во Франции нет наказания, как за хулиганство?


- Конечно, есть! Но оно очень маленькое и то, если полиция захочет этим заниматься. Меня не забирали в полицию, но Лори забирали два раза. Один раз она устроила стриптиз в полицейской машине. Когда ее посадили туда и полицейские решили ее выпустить. Второй раз ей не повезло, ее немного избили и посадили в участок. Ее оттуда выкупил ее богатый любовник, с которым она жила.


Мы иногда гуляли вместе по выходным, когда не было фотографа и это не было работой. Бродили по Большим бульварам босиком и задирали прохожих, издевались. Делали немного ask, хотя у нас были деньги, просто было интересно. как-то мы покрасили ступни краской для театрального грима, которую Лори украла в супермаркете, она иногда делала кражи, как говорила, для адреналина. Краски было много, у нас получился её толстый слой на ступнях. У меня были ярко-оранжевые ступни, у Лори - совершенно черные. Мы гуляли, потом зашли в бар отеля "Золотой треугольник" на улице Годо, встретили там друзей Лори и ужасно напились. Это было ужасно, когда мы пошли в туалет, мы увидели, что совершенно испачкали отелю ковры краской! Нам пришлось сбежать, а Лори еще оставила отпечаток ступни в краске на зеркалах в вестибюле, назло им, чтобы рассердить охрану.


- Очень бурная молодость, однако… Но вот вы, можно сказать, остепенились, вышли замуж, теперь живете в Оней… а вы знаете, где Лори? Было бы интересно побеседовать и с ней.


- О, я не могу вам обещать, что смогу найти ее адрес! Мы с ней не виделись с 2008 года. Я знаю, что она нашла какого-то араба, у которого работала продавщицей в магазине и вышла замуж. Они уехали, кажется, в Йемен. Я иногда вспоминаю о ней: там сейчас война, я даже не знаю, что с ней и ее мужем.

...случайные сьемки перед чужими окнами...11.jpg ...старый велосипед, найденный на набережной. Арно Ферран очень экономил. Никаких лишних трат и хлопот. Это бизнес, детка! Линда со сломанным велосипедом. Линда. Париж. Barefoot - forever!


- А кто-нибудь из фотографов вам запомнился? Или это были каждый раз новые люди? Кстати, любопытно, а сам фотограф гулял с вами босиком ли обутый? Это ведь тоже вопрос профессиональной честности, можно сказать…


- Ни за что. Зачем? Это работа. Хотя я помню одну женщину, которая фотографировала. Она разулась и поместила свои туфли в рюкзак. У нее были, помню, очень детские такие ступни… Это была Наталия, полячка. Она запомнилась мне потому, что очень сильно курила, больше меня и пила водку. Мы могли зайти в бистро и выпить у стойки, не фотографируясь. Она как-то выпила три рюмки водки подряд во время фотосета и даже не стала опьяневшей!


- Вы говорили, что съемки, в которых на фото видны посторонние люди, вы проводили в местах массового туристического паломничества: Лувр, Сакре-Кёр на Монмартре, Большие бульвары… а толпа туристов не мешала?


- О, туристы никому не мешают, точнее сказать – они мешают всем и всегда. Парижане ненавидят туристов, хотя многие живут за их счет. Туристы – это ужасные люди: они толкаются, не смотрят на тебя. Одна туристка наступила мне на ногу и сделала сильную рану, но даже не извинилась.


- У нас есть случаи, когда сердобольные прохожие предлагают девушке-модели деньги, чтобы так купила себе обувь… У вас не было таких случаев?


- Я могу вам сказать, что у бедных людей в Париже нет проблем, чтобы получить бесплатно поношенную одежду или даже сравнительно новую обувь. Есть «блошиные рынки», есть распродажи, есть, наконец, множество благотворительных организаций: католических, протестантских, которые открывают пункты по бесплатной раздаче одежды и обуви. Я не встречала ни одного нищего, или просящего подаяние, который был бы босой. В этом заключается особенность хождения босиком в богатых странах Европы: если ты идешь босой, ты делаешь это только сознательно. Если ты беден, ты всегда можешь получить обувь. В этом состоит определенный вызов, который я хорошо понимала. А если ты идешь сознательно, то это либо твоя воля, либо так надо, ты зарабатываешь деньги. Никто не будет спрашивать, зачем ты выглядишь именно так…


Был случай на рю Тюрбиго, у Тампля, это район Больших бкльваров6 ко мне подошел молодой серб и сначала предложил дозу наркотика. Я отказалась. Тогда он предложил деньги, и я посла его к черту. Очевидно, он принял меня за женщину, находящуюся под наркотиками, и решил вербовать меня в секс-бизнес: в то время в Париже им занимались сербы и хорваты, это была их сфера. Когда я отказалась, он разозлился и наступил мне на босую ступню своими армейскими ботинками. У меня распух мизинец, я очень плакала… он до сих пор немного кривой от этой встречи.


- О, я вспоминаю чудесный французский фильм «Дива»… Там героиня тоже бежала от преследователей босая по городу и там есть кадр, крупным планом показывающий ее грязные босые ноги на вокзале, и как на нее моментально реагируют. Правда, не полиция и не прохожие, а первым делом - преступники.


- Да, я знаю этот фильм, это лента режиссера Бенекса, я смотрела его! Там играет великолепная Шанталь Деруаз (французская актриса, все фильмы с ней здесь: http://www.okino.ua/name/chantal-deruaz-nm601356/ - пр. авт.), которая точно сыграла женщину в приступе отчаяния… Она на самом деле глубокая актриса, она играла в театре, но в этом фильме у нее была эпизодическая роль. Да, примерно так и реагируют. Если босиком – значит, это нарочно, значит, ты либо левак и что-то этим говоришь, либо ты под наркотиками.


Я всегда опасалась интереса полиции, так как у меня в тот момент были в не в порядке документы. Но я не попадала в такие ситуации… а потом мне сделал надежные документы один их фотографов, который работал с криминальными кругами, и я стала более смелой.


- Давайте начнем с фотосета 2007 года, который меня лично совершенно поразил. Как обычно – пустынный Париж, серо-свинцовые краски, на вас коричневое кожаное полупальто и прозрачные леггинсы… Это осень? Это холод?


- Да, это холодно, было около 12-11 градусов тепла по Цельсию, но это был март. Я с трудом добилась разрешения сниматься в этих обрезанных колготках, потому, что это для нас очень, очень холодно, а я тогда не имела крепости здоровья для ходьбы по холодной земле… Это, кстати, не 2007 год, это 2005 год, когда я еще приезжала в Париж, просто даты на фотографиях ставятся по мере их опубликования.


- Неужели вы так строго согласуете ваш наряд с фотографом? Или даже с самим Ферраном?


- О, каждый наряд строго согласуется с фотографом или с менеджером проекта. Ему приносят на утверждение вещи, делают пробные снимки в студии… Ты не имеешь права поменять наряд по своему желанию. Иногда тебе приходится одевать чужие вещи другой модели, которые менеджер счел наиболее эффектными для фотосета.


- Это же просто чудовищная бюрократия...


- Вы знаете, есть такое изречение, что «бельгийцам придумал бюрократию король, итальянцы получили ее в наследство от цезарей, англичане выдумали ее от скуки, а французы сделали ее вместо своего Бонапарта». Во Франции очень жесткая и древняя бюрократия, это наша национальная болезнь, об этом много пишут, но никто ничего не смог сделать… Этот порядок проходит и в частные учреждения, когда надо просить разрешения на всё и обо всем заранее предупреждать менеджера. Мы не снимались обнаженными, но на кастинг требовались снимки анфас и в профиль в купальнике или белье, чтобы менеджер мог принять решение… Рост, вест, объем груди, размер ступни, естественный цвет волос и многое другое.


- Хорошо, как проходила эта фотосессия? Чем запомнилась? Вы выходите в первых кадрах из  дома… это дом, где вы реально жили?


- Нет, я жила с одной подругой в районе улицы Орденер, за Северным вокзалом. А это дом в Старом Париже, это, кажется, авеню де Сегюр, у Музея Армии… как обычно, фотограф знал код, открыл дверь парадного и сделал фото. Ну, а потом я бродила по улицам, как обычно.


Да, я могу сказать, что на меня смотрели некоторыми любопытными взглядами, но не более того. Все идут на работу, у всех свои дела.


- Я вам уже писал, что даже у наших моделей-девушек, даже летом, даже при температуре комнаты (плюс 20 градусов тепла), и то на улице порой участливо спрашивают: «Девушка, а вы не простудитесь?».


- Здесь нет ничего подобного. В Париже до вас никому нет никакого дела, кроме торговцев, полиции и сутенеров. Париж – один из самых равнодушных и жестоких городов, которые я видела… если вы упадете, никто вам не поможет. Если у вас что-то случилось, на помощь рассчитывать нельзя. Нет, таковы не все французы, но мы обычно говорим, что парижане вспоминают о своей национальности, только, когда выезжают из города…


- Вы зашли в какой-то дворик, уставленный мусорными баками. И тут же нашли стул.


- Да, это был слегка поломанный стул. Его выбросили. Это бульвар де Тур Марбург, я шла по нему… Очень нехорошо всё-таки сидеть на холодных камнях, а фотограф должен делать и съемки в положении сидя, поэтому это был хороший выход! Всё-таки было холодно, а мне пришлось еще топтаться в луже от воды, скопившейся за вечер и делать отпечатки голых ступней. Потом еще были два стула, вероятно, для консьержей, у дома на набережной Орсе, сначала я села на них, положила ноги. Потом вышла одна из жительниц дома и отняла стулья, ей не понравилось это, вероятно и вы видите, как я уже сижу на асфальте!


- Вы там вдруг, посередине фотосета, одеваете под плащ кофточку… хотя яркое солнце.


- О, солнце в Париже весной ничего не значит. Это как отсутствие дождя в Лондоне. Англичане говорят, что это дождь, только тот, который мы не видим. Есть выражение про такую погоду - time to dry out the dog, буквально, «время, чтобы просохла собачья шерсть». Поэтому я достала из сумочки кофту и надела ее. Все-таки мои ступни были замерзшими в этот момент!


- Напрашивается вопрос: а зачем? Вы к тому времени не молодая девчонка, вам уже тридцать пять лет…


- Я в любом возрасте открыта экспериментам. Я подумала, что это будет интересно: пройти босой тогда, когда вокруг все кутаются в теплое! Я видела на вашем сайте фотографии девушек в шубах и босых на снегу. Это феноменальные кадры, но у нас нет таких снежных зим, они бывают очень редко. Это был и вопрос для меня: насколько я выдержу.


- Еще одна ваша потрясающая фотосессия, о которой я помнил всегда: «босиком в офисе». Так было написано на сайте. Я был совершенно поражен, увидев в качестве «офиса» какой-то подвал, да еще со складом автомобильных шин!


- Да, это фотосет, который мы снимали с молодым немцем, Даниэлем. Он был стажером у Феррана. Это самое начало моей работы.


- 2004 год.


- Несколько раньше, это было кажется, одним или двумя годами раньше… Я не могу сказать вам точно. Это 19-й округ Парижа, около Де-Лила, мы там начали. Очень хорошо, тепло, июль.  Поехали в парк на Шато-Ландон.


- Там есть интересное фото… вы делаете несколько шагов в замусоренный подвальчик, если так можно сказать. Какие-то бумажки, камни, окурки - наверняка… вас заставил фотограф?


- Конечно, это часть концепции сайта Арно. Если бы он мог опустить нас в канализационный коллектор, он бы и это сделал. Но это был не очень страшный мусор, к тому же я не брезглива. В моих пятках нет «мозга», они не боятся. Боится голова, а с головой сама хорошо справлюсь! Немного битых камней, которые пощипывали голые ступни, и ничего более страшного.


Потом мы снова спустились в метро, и поехали в Курневё, это на северо-восток, пригород.


- Любопытно, у вас там пакет и бутылочка чего-то молочного…


- Это мой завтрак. Это кислое молоко YONA (аналог нашей простокваши, кефира – пр. авт.) и несколько бутербродов с козьим сыром.


- Вот! А потом начинается тот самый подвал-офис!


- Да, это очень смешной случай. Для того, чтобы снимать в настоящем офисе, с компьютерами и персоналом, нужно заплатить очень много денег, и это сложно договориться. Даже Арно не смог, вероятно, не хотел тратить такие деньги и договорился со своим другом из пригорода, у этого друга была контора по прокату машин. Вы видите, что я держу в руках адресно-телефонный справочник? Мы его купили, чтобы отыскать этот  адрес. Там был этот подвал, от которого нам дали ключи. Даниэль очень долгое время не мог открыть замок…


Рядом была парковка, мы выходили туда. Было очень трудно снимать, так как плохой свет и мало идеи для воплощения. Потом Даниэль сходил в отсек для мусора и принес старый монитор, старую клавиатуру. Мы разложили это на столе и я изображала «секретаршу»…


- Мне кажется, что даже с точки ФФ это очень наивный ход…


- Даниэль был стажер, он мало что понимал. Мне приходилось самой придумывать идеи. Ведь, если я не дам качественных фото по сюжету, пострадает моя оплата, а Даниэль получит просто за отработанные часы! Я уже не помню, что я придумывала. Плюс был в том, что там грязный цементный пол и получилось много фото грязных подошв моих ног, которые считаются очень ценными в этой системе.


- Я совершенно не собираюсь критиковать этот метод работы, тем более, что я вам писал, что в целом стиль работы моей студии очень похож. Мы работаем в одной сфере. Только хочется спросить: вы зарабатывали деньги – но на что их тратили? Только на еду и оплату жилья?


- В 2004 году у меня уже были определенные заработки, связанные с преподаванием, однако во Франции, чтобы иметь устойчивый заработок, надо постоянно повышать свою квалификацию. Это означает прохождение курсов, тестирований, приобретение сертификатов… Это очень сложно, иначе ты не будешь идти с повышением для работодателя. Очень много было воскресных курсов по обучению, различные онлайн-программы. Кажется, что надо немного денег, но это постоянно требует небольших лишних средств… Это все мне помогало стать теперь такой, какой я есть.


Если вы хотите знать, чем закончился этот фотосет, я могу сказать, что Даниэль очень устал и мы поехали на такси к моим друзьям-музыкантам в Сен-Дени. Там проходила вечеринка, было много народу. Мы немного покурили «травки», я знала, что мне это не навредит и выпили алкоголь. Я ушла раньше, с одним новым знакомым, а Даниэль каким-то образом потом оказался в полиции и его пришлось выручать. Больше он не работал у Арно.


- Еще один фотосет из того же времени, очевидно. На вас очень изящное платье, в таких цветах морской волны, переливающихся. Меня тронула деталь: колечко на указательном пальце ступни. Оно, кстати, у вас на многих фотосетах.


- О, тогда я как раз делала пирсинг, но он воспалился, и мне пришлось от него отказаться. Как я поняла, моя кожа не терпит слишком грубого косметического вмешательства! По этой же причине я отказалась от идеи татуировок, которые тогда начинали становиться популярны. Колечко подарила мне моя временная подруга Наин, оно с большой долей серебра и я его носила довольно долго. Потом мы снимали фотосет в большой грязи за Парижем и эта вязкая глина стащила это колечко с пальца! Я была ужасно расстроена.


- Скажу вам, что среди всех женщин, которые снимались у Феррана, только две или три обладали столь красивыми ступнями, что именно эти фотографии были запрошены мной в порядке обмена…


- Вы слишком переоцениваете мои ступни. У меня классическая «римская» или средиземноморская форма  ступни, это от матери-итальянки. Совершенно ровные пальцы, совершенно не сексуальные… они слишком короткие, на мой взгляд, в них нет жизненной силы. Я смотрела некоторый фото из вашей коллекции: вам удается выбирать девушек с очень аристократическими ступнями. Многие из них могли бы сделать большую карьеру в этом бизнесе, если бы попали к Арно! У меня обычные ноги, к тому же мне не нравится утолщение ступни у больших пальцев – это следствие того, что до 20 лет, в закрытой школе я избавлялась от обуви только на ночь и при приеме душа.


- Ну, об этом судить не мне, а читателям нашего сайта… вы там на фоне поезда. Вы поехали куда-то на нем?


- Нет, это Северный вокзал, линия SNCF (французская железнодорожная компания пригородных перевозок – пр. авт.). Билет на эти поезда стоит достаточно дорого, чтобы просто так его покупать, к тому же у меня не было так много времени. Мы заходили в поезд и выходили, фотографировались на станции… Это был сет с Наталией, она очень много времени уделяла крупным планам моих ступней.


- В одном из фотосетов, где вы наряжены в такое серо-голубое длинное платье с небольшим разрезом на подоле, есть шикарный кадр: вы позируете, а перед вами стоит белокурая девочка в красном платье… Она что-то спрашивала?!


- Да, я помню этот эпизод. Это был какой-то турист, швед, возможно. А девочка шла и проводила рукой по забору. Она буквально наткнулась на меня. Фотограф снял этот момент… Нет, девочка спросила своего отца, указывая на меня. Вероятно, она спрашивала, почему я босиком. Однако этот человек подумал неправильно и подошел с вопросом к фотографу. Может быть, он хотел предъявить претензии за неразрешенную съемку детей, это достаточно серьезное нарушение. Но он не знал ни французского, ни английского, а наш фотограф не знал также шведского. Они не поняли друг друга и предпочли не развивать этот конфликт


-  В этом фотосете вы поднимаетесь по лестнице базилики Сакре-Кёр… Мы опубликовали два выпуска!


- Это был 2002 год, один из моих первых фотосетов. Я совсем не знала, как надо себя вести. Арно, побеседовав со мной, сказал только: ходи, и ни о чем нем думай. Возможно, такова была концепция. Но фотографом оказался мужчина, которому все это не нравилось, он был уже пенсионер, и в этом фотосете у меня много неудачных кадров. Несмотря на то, что я смеюсь, я выгляжу усталой и измученной…


(окончание следует)

От редакции.

BAREFOOT, КОТОРЫЙ FOREVER


Ну вот, я скомпоновал последние откровения Линды. Не знаю, удастся ли «разговорить» ее еще – в принципе, я спросил, кажется, обо всём, о чем можно и что могло бы интересовать наших читателей. Что-то осталось невыясненным? Пишите на почту, я передам вопросы. Возможно. Линда ответит.


Вообще, как правильно заметил посетитель нашего сайта из Франкфурта, русский эмигрант, откровение Линды – следствие не только ее добровольного затворничества в горах Юры. Меня, знаете, зацепили ее грустные слова о Париже: мол, Париж – это место, где вам никто не поможет. Париж равнодушен и холоден. Я думаю, что если вы упадете на улице, не дай Бог! – как она сказала, и будете биться в судорогах, то очень повезет, если официант из ближайшего кафе вызовет полицию а может, и не вызовет, как в том самом фильме «Дива», о котором мы упомянули; хоть это и Париж восьмидесятых, мало что изменилось, похоже. Ну, а с нынешним потоком иммигрантов в Европу ситуация будет только ухудшаться – это я так, между строк, как сказала бы Линда, a propos…


Так вот, сдается мне, она в какой-то мере поменяла шило на мыло. Бездушный Париж, занятый только своей работой и своими развлечениями, Париж насквозь буржуазный, туристически-алчный (вас, если вы турист, рассматривают только, как кошелек на ножках, если вы француз, то какого дьявола вас сюда занесло?!) – так вот, этот Париж она сменила на коммуну в Оней. Где все замечательные, добрые, интеллектуальные, рисуют картины или музицируют, но… ничего личного. Вежливая улыбка и такой же тупой, как и традиционный  американский, вопрос: comment ca va? – как дела, мол? И если вас спрашивают, то это совсем не означает, что человек реально интересуется вашими делами.


Политкорректная, милая, комфортная и добропорядочная стена отчуждения, невидимая стена, она, похоже, в Оней еще крепче и непроницаемей, чем в Париже. С одной стороны, здорово: как бы мы, многие, мечтали бы, чтобы наше босоножество никого не интересовало! Чтобы не бросались к нам навстречу в супермаркетах с криками: «ВЫ КУДА В МАГАЗИН В ТАКОМ ВИДЕ?!». Но за это, видите, надо платить. И, может быть, дорогой ценой. Еще неизвестно, что хуже: всеобщее равнодушие или частое яростное осуждение.


Линда провела в такой «разреженной» атмосфере много лет, уж не знаю, сколько. И в итоге не выдержала. Сумасшедший барефутер из России, рискнув полезть ей в душу, вскрыл нарыв своими вопросами. И полилось… Она устала от одиночества.


Это интервью – не только хорошая иллюстрация современных среднеевропейских нравов, собственно, европейского менталитета, это еще и блестящий анализ стиля работы bartefootforever.com, postmodermvoman.com, и наверняка десятка иных, похожих сайтов. Все делается за деньги и всё измеряется в деньгах – я бы не торопился это осуждать, это проза жизни, и всё-таки… Такого бездушие, такого «делового» механизма, самого процесса я не ожидал! На этом фоне наши босоногие прогулки с девушками и женщинами (и не только!), которые потом не боятся открыто давать интервью, они как-то гораздо человечнее, душевнее, что ли. И теперь, увидев западный сайт, где позируют молодые женщины с красивыми и грязными ногами, я не буду млеть от восторга: мол, вот они, босоногие! Настоящие!

Потому, что это просто работа. Ничего личного. Все очень политкорректно. Никому ни до чего нет дела.


Кстати, Арно Ферран, похоже, выжал все деньги из своего проекта и продал домен: по ссылке http://postmodernwoman.com/ открывается какая-то совершенная ерунда, к барефутингу никакого отношения не имеющая. Архивы он тоже распродает, по адресу http://www.barefootarchive.com/. По ссылке http://www.barefootforever.com/ открывается прежний сайт, даже дизайн не поменявший… и даже вроде как обновляемый в этом, в прошлом годах, но я вот смотрю на фото превью и узнаю изображения 2006-2008 годов! А платить этому оборотистому французскому фотохудожнику. Даже в знак признательности его прошлых заслуг в нашем деле – как-то не хочется.

Пусть то ощущение новизны и откровения, которое я испытал от открытия сайта в 2004-м, останется forever.


Ну, а с Линдой мы еще будем общаться на франкоязычном форуме. Я очень на это надеюсь!


Игорь Резун, член Союза журналистов РФ

.


Подготовлено редакционной группой портала «Босиком в России». Беседовал шеф-редактор портала, Игорь Резун.


Все права защищены. Копирование текстовых материалов и перепечатка возможно только со ссылкой на rbfeet.com.


Публикация является уникальным произведением, принадлежащим ресурсу rbfeet.com.  При размещении ссылки на публикацию в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники. Twitter, Facebook необходимо указывать авторские права портала rbfeet.com. Копирование фотоматериалов, принадлежащих Студии RussianBareFeet, возможно только с официального разрешения администрации портала. Если вы являетесь правообладателем какого-либо материала, размещенного на данном портале, и не желаете его распространения, мы удалим его. Срок рассмотрения вашего обращения – 3 (трое) суток с момента получения, срок технического удаления – 15 (пятнадцать) суток. Рассматриваются только обращения по электронной почте на e-mail: mordella@ngs.ru. Мы соблюдаем нормы этики, положения Федерального закона от 13.03.2006 г. № 38-ФЗ «О рекламе», Федерального закона от 27.07.2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных».


English:


All rights reserved. Copying and reprinting of text materials is possible only with reference to rbfeet.com.


The publication is a unique piece belonging resource rbfeet.com. When placing links to the publication in social networks VKontakte, Odnoklassniki, Twitter, Facebook necessary to indicate the copyright of the portal rbfeet.com. Copying of photographs belonging Studios RussianBareFeet, possible only with the permission of the administration's official portal. If you are the copyright of any material contained on this website, and does not want to spread it, we will remove it. Term of consideration of your treatment - 3 (three) days from the receipt of the term technical removal - fifteen (15) days. We consider only the treatment by email at e-mail: mordella@ngs.ru. We abide by the rules of ethics, the provisions of the Federal Law of 13.03.2006 № 38-FZ "On Advertising", the Federal Law of 27.07.2006 № 152-FZ "On Personal Data".